Насморк и лопата

е смотрела. Но чем дольше мне
удастся избежать осмотра квалифицированными врачами СБ, тем более
неопределенно я смогу говорить обо всем остальном.
- Но ведь тебе надо лечиться.
- Лилли Дюрона прекрасно поработала. И по моей просьбе все
зафиксировано только у нее в голове. Я должен бы проскочить.
- Не старайся совсем увильнуть от лечения, - посоветовала Элен. -
Графиня это заметит, даже если ты проведешь остальных. И я не думаю, чтобы
не нужно... что-то еще. Не физически.
- А, Элен. Уж если я что и узнал за эту неделю, так это насколько у
меня действительно не все дома, там, в голове. Самое страшное, с чем я
столкнулся в подвале Риоваля, это чудовище в зеркале, в психологическом
зеркале Риоваля. Мое ручное чудовище о четырех головах. Очевидно,
пострашнее даже самого Риоваля. Сильнее. Быстрее. Хитрее. - Марк прикусил
язык, почувствовав, что слишком много говорит. Он не думал, что идет к
безумию. Он подозревал, что кружным путем идет к норме. Трудным путем. - Я
знаю, что делаю. Где-то я очень хорошо знаю, что делаю.
- На записях казалось, будто ты обманываешь Риоваля, делая вид, что у
тебя расщепилась личность. Говорил сам с собой?..
- Я никогда не смог бы обмануть Риоваля, делая вид. Он занимался этим
много десятилетий, копался на дне человеческого сознания. Но моя личность
не расщепилась. Скорее... вывернулась. - Нельзя назвать расщепленным то,
что ощущается таким гармонично единым. - Я не решил что-то сделать. Я
просто что-то сделал.
Элен смотрела на него со страшным беспокойством. Он не сдержал смеха.
Но его веселье, похоже, отнюдь ее не успокоило.
- Ты должна понять, - сказал Марк, - что иногда безумие - это не
трагедия. Иногда это стратегия выживания. Иногда... это триумф. - Он
замялся. - Ты знаешь, что такое "черная команда"?
Она молча помотала головой.
- Я видел это в одном из музеев Лондона. Давным-давно, в
девятнадцатом и двадцатом веках, на Земле были корабли, которые плавали по
поверхности океанов. У них были паровые двигатели. Жар паровые двигатели
получали от громадных угольных топок в брюхе корабля. И там были такие
дураки, которые бросали уголь в топки. Внизу, в грязи, духоте, вони и
копоти. От угля они чернели, и их прозвали "черная команда". И офицеры, и
прекрасные дамы на палубе не желали иметь ничего общего с этими
несчастными грубиянами. Но без них не было движения. Не было огня. Не было
жизни. Не было пара. Черная команда. Безымянные герои. Уродливые простаки.
Теперь она точно решит, что он бредит. Тот гимн, который он хочет
спеть своей черной команде, наверное, сейчас неуместен.
"Да, и никто меня не любит, - жалобно прошептал Обжора. - Ты уж
привы

1
2   3   4   5   6   7   8   9   10   11   12   13   14   15   16   17   18   19   20   21
22   23   24   25   26   27   28   29   30   31   32   33   34   35   36   37   38   39   40   41
42   43   44   45   46   47   48   49   50   51   52   53   54

Наши новые поступления:

2007 literamax.info